Развитие моделирования и исторические исследования: интервью д.и.н., профессора Валерия Владимировича Канищева

by Zhukov
0 comment

Валерий Канищев

«…Если суммировать все эти направления нашей работы, то можно сказать, что мы стремимся развивать современные платформы компьютерного моделирования и поддержать, таким образом, целый ряд частных исследовательских программ».

Беседовал Сергей Лямин

Валерий Владимирович, многие проекты под вашим руководством позиционируются как междисциплинарные…

Компьютерное и математическое моделирование – одно из самых многообещающих, и в то же время неразработанных, направлений развития методологии. Этот предмет по существу метадисциплинарный, и не может быть исключительным уделом какой-либо одной дисциплины. Ведь мы хотим не просто решить несколько частных задач, а развивать некоторые общие подходы к моделированию в социо-гуманитарной сфере.

Вы упомянули «некоторые общие подходы к моделированию в социо-гуманитарной сфере». Это, очевидно, и есть результат, на который нацелены Ваши проекты. Возможно, это слишком аморфная формулировка… Вы не могли бы разъяснить задачи Вашей школы?

В самом тексте наших проектов, как мне кажется, конкретные исследовательские задачи обозначены достаточно чётко, хотя и формально. Постараюсь описать наши планы «в двух словах»…

Мы собираемся развивать некоторые отечественные разработки – это технологии моделирования, которые созданы в России и по которым у нас есть некий приоритет. Речь идёт не просто о конкретных моделях конкретных феноменов, но и о новых способах построения компьютерных симуляций. Чтобы сделать эти эвристические инструменты действенными, нужно развивать их философские основы, пробовать применять в частных исследованиях, сравнивать результаты их работы с имеющимися данными… Это первое.

Во-вторых, мы хотели бы осуществить своего рода трансфер некоторых западных разработок. Есть модели, которые хорошо известны за рубежом, хорошо себя зарекомендовали, но которые в отечественных исследованиях почти не используются или вообще не используются.

И, в-третьих, моделирование в социо-гуманитарной сфере, безусловно, имеет собственную специфику и, что важно, собственные специфические проблемы. Они хорошо известны и связаны, в основном, с трудностями формализации феноменов, которые изначально описаны на «разговорном» языке. Мы пытаемся решить некоторые подобные специфические проблемы.

Если суммировать все эти направления нашей работы, то можно сказать, что мы стремимся развивать современные платформы компьютерного моделирования и поддержать, таким образом, целый ряд частных исследовательских программ. Мы стремимся сделать некоторые инструменты компьютерного моделирования более доступными в повседневной практике для учёного-гуманитария.

Это… математизация гуманитарных наук в духе «Академии» Айзека Азимова?

Конечно, нет. Это же фантастика! В наших проектах задействованы много нематематиков (как и я сам): мы хотели бы получить программы и их интеллектуальное обеспечение, которые позволили бы создавать виртуальные реальности, ставить эксперименты, прогнозировать и т.д. … – в общем использовать все «выгоды» компьютерного моделирования без необходимости изучать математический аппарат моделей. Я знаю, математики также стремятся к практическому применению своих достижений для изучения общества и человека. Поэтому нам нужно не фантастическое замещение одного типа знания другим, а хорошо организованный и, я бы сказал, терпеливый диалог.

С этим нельзя не согласиться;… но всё-таки задача развития методологии компьютерного моделирования может показаться весьма амбициозной?

Всякому Большому проекту нужна большая цель. Но не это самое важное. Важно то, что мы выбрали и чётко очертили нишу, в которой собираемся работать. Именно в этой нише наши результаты могут быть существенными и полезными для коллег в их исследовательской практике. Возьмём, например, когнитивное моделирование; это мощный инструмент моделирования, но мы его не касаемся – мы знаем, что в Институте проблем управления РАН активно и плодотворно занимаются развитием этого инструментария. Однако мы заметили, что некоторые модели, которые являются эвристически продуктивными и многообещающими, остаются не развитыми, не доступными широкой аудитории специалистов. Возможно, потому, что это новые разработки (как фрактальные модели типа Модернофрактала); или это зарубежные хорошо зарекомендовавшие себя инструменты, которые пока по каким-то причинам не вошли в исследовательскую практику в России. Поскольку эта ниша чётко очерчена и хорошо нам знакома, я не нахожу наши планы непосильными.

Я знаю, в Тамбовском госуниверситете сложилась группа исследователей-«модельеров» (я сам к ней принадлежу); но в стране есть несколько центров, в которых развивается компьютерное моделирование для нужд социо-гуманитарных дисциплин. Почему проект «модельные» проекты реализуются и активно выдвигаютя в нашем университете?

Вопрос кажется мне в корне неправильным. Проекты реализуются не в Тамбовском госуниверситете, а на базе нашего вуза. Многие наши проекты (все крупные проекты и некоторые мелкие) выполняются как сетевые, и ТГУ является координирующим центром, а не «столицей моделирования». Ведь учёные из многих центров моделирования, о которых Вы упомянули, — наши хорошие партнеры. Некоторые из них включены в коллективы исполнителей; а некоторые, я уверен, присоединятся к нам в будущем. Вообще состав исполнителей наших наиболее крупных проектов таков, что эти проекты просто не могут быть местно-значимым.

Валерий Владимирович, если речь зашла о составе исполнителей… Я отношу себя к молодым исследователям… Я знаю роль молодёжи в Ваших проекте заметна на фоне «звёздного» профессорского состава…

Многие грантодатели сейчас поощряют привлечения молодых к исполнению проектов. Считаю, что это очень хорошо. Мы должны дать людям возможность войти в науку, заниматься исследованиями на принципах достойной оплаты труда, а не в качестве подёнщиков. Думаю, это главная выгода именно для нашего университета от этого проекта – интеграция в университетское сообщество молодых и перспективных студентов, аспирантов, кандидатов наук. Конечно, мы включаем в состав исполнителей требуемое количество молодёжи, но, как показывает моя практика, к проектам обычно привлекается даже больше аспирантов и студентов, чем планируется изначально. Это нормальная ситуация. Кстати, Вы, Сергей, насколько я помню, по возрасту покинете ряды «молодых исследователей» через год.

Но смогу вновь «помолодеть», если защищу докторскую диссертацию, ведь доктора молоды почти до 40 лет… Валерий Владимирович, мне приходилось сталкиваться с предубеждением против моделирования (особенно в гуманитарных дисциплинах). Симуляция (Вы употребили этот термин) звучит сомнительно, конструирование моделей воспринимается как «слишком постмодернистское» занятие…

Моделирование как способ познания утвердился в науке со времён Галилея – какой уж там постмодерн? Само моделирование – довольно старый и достаточно проверенный подход, чтобы вызывать сомнения. Конечно, всегда нужно помнить, что компьютерная симуляция – это всего лишь инструмент исследования, а не объективная реальность как таковая. Я думаю, правильно было бы воспринимать модель социальных процессов как источник гипотез. Ну а мерилом истинности этих гипотез всегда остаётся их соответствие совокупности эмпирических фактов. Вообще любой метод можно дискредитировать, провозгласив его единственным и безупречным. Но это не проблема метода, это проблема интеллектуальной дисциплины или «научной моды». Что же касается терминологии… Если человек – «симулянт», то это плохо; но компьютерная «симуляция» не имеет к симулянтам никакого отношения, кроме общего латинского корня. Терминология моделирования, заимствованная из естественных наук и математики, звучит непривычно в гуманитарном дискурсе, а иногда и употребляется невпопад. Но сама терминология не виновата: это же не просто слова, это хорошо определённые понятия, играющие строго определённую роль в высказываниях о предмете познания. Во многих случаях от терминов нельзя избавиться как от избыточных или заменить синонимами. Впрочем, мне, в отличие от Вас, Сергей, не приходилось сколько-либо часто сталкиваться с такими предубеждениями.

Валерий Владимирович, позвольте один неформальный вопрос. Я знаю, что Вы руководили и руководите многими крупными научными проектами. Среди них такие престижные, как проекты РГНФ и РФФИ, госконтракт по ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры…», госзадания Минобрнауки по программе «Развитие научного потенциала высшей школы». Вы управляли и управляете многочисленными коллективами и, по некоторым проектам, миллионами рублей. Это большая ответственность. Как удаётся всегда добиваться хороших результатов, не допускать срывов?

Я же не модный продюсер, и у меня нет никакого «секрета успеха». Могу лишь повторить тривиальные истины. Планы работ должны быть выполнимыми, а коллеги-сотрудники – знающими и эффективными. В науке, как и в хорошей фирме, нужно уметь работать на результат. Кроме того, не надо бояться часть работ «передать на аутсорсинг» – попросить внешних специалистов помочь в выполнении проекта. И всегда нужно смотреть на мир открытыми глазами: это касается как новых гипотез, так и заимствований из смежных и междисциплинарных областей.

Спасибо, Валерий Владимирович!

Related Posts